На днях стало известно, что процесс над бывшей медсестрой Линдси Клэнси, которую обвиняют в убийстве троих малолетних детей, зашел в тупик: присяжные больше недели не могли прийти к единому решению. Защита настаивала, что во время трагедии женщина находилась в состоянии послеродового психоза — тяжелого психического расстройства, о котором вне узкого круга специалистов знают немногие. Об этом деле и о том, почему оно — независимо от того, как события развернутся дальше, — обнажило серьезные проблемы в психиатрии, пишет The Guardian.
Линдси Клэнси обвиняют в том, что она задушила троих своих маленьких детей, после чего попыталась покончить с собой. По версии защиты, в момент трагедии женщина находилась в состоянии послеродового психоза, которому предшествовали тревожность, бессонница и депрессия. Обвинение же настаивает, что убийство было спланированным: якобы Клэнси специально отправила мужа по делам, чтобы остаться с детьми одной.
4 сентября судья Уильям Салливан объявил процесс несостоявшимся — присяжные не смогли прийти к общему решению даже после недели с лишним обсуждений.
Медсестра и основательница некоммерческой организации Cherished Mom Кристина Делейни рассказывает The Guardian, что сама пережила похожее состояние — и знает, каким пугающим оно бывает. Когда ее ребенку было пять месяцев, муж заметил, что с супругой происходит что-то неладное: ее речь стала слишком быстрой и возбужденной. Вернувшись домой после короткого разговора по телефону, он увидел, что жена укачивает детей на руках и просит спасти их и всю семью — потому что ей казалось, что вот-вот произойдет второе пришествие.
— Это застало нашу семью врасплох, ведь я сама дипломированная медсестра. В итоге я провела две недели в психиатрическом отделении, буквально борясь за свой рассудок и жизнь вообще, — рассказывает Делейни, которой сейчас 41 год.
По словам Делейни, до нашумевшего судебного процесса над Клэнси о послеродовом психозе почти никто не говорил — и то, что тема стала обсуждаемой лишь после гибели детей и судебного разбирательства, она считает возмутительным. Вероятно, дело в том, что такое расстройство — явление относительно редкое. Но ученые подчеркивают: это весьма тяжелое состояние с необъяснимой этиологией.
Расстройство, о котором почти никто не знает
Послеродовый психоз проявляется через симптомы мании, депрессии, галлюцинации и бред, а также через так называемые смешанные эпизоды, когда признаки разных состояний сочетаются одновременно, объясняется в The Guardian.
Ученые предполагают, что подобное психотическое состояние может быть связано с биполярным расстройством и иметь генетическую природу. А запускать его способны изменения иммунной системы и гормональные колебания во время беременности. Начинается психоз внезапно или постепенно, но почти всегда протекает тяжело.
— Женщины теряют связь с реальностью именно в тот момент, когда заботятся об уязвимом младенце, поэтому риски для ребенка высоки. К этому нужно относиться серьезно — вот почему так важна помощь матери и малышу, — поясняет психолог Джессика Херон, руководительница организации Action on Postpartum Psychosis из Суонси в Уэльсе, которая занимается поддержкой женщин, проходящих через такие проблемы.
При этом убийство ребенка матерью, страдающей от психоза, — крайне редкий исход. В Великобритании ежегодно фиксируют около 1200 случаев послеродового психоза, а, по словам Херон, случаи убийства ребенка на фоне этого расстройства происходят лишь несколько раз за десятилетие.
В США, по актуальным данным эпидемиологов, расстройство встречается у одной-двух рожениц из тысячи. Может показаться, что это немного, но речь идет примерно о 3600 матерях в год — только по самым скромным подсчетам.
В то же время медики отмечают: женщины с послеродовым психозом гораздо чаще рискуют причинить вред сами себе, чем ребенку. По данным американских Центров по контролю и профилактике заболеваний, общий показатель убийств младенцев в стране составляет 7,11 случая на 100 тысяч (не только из-за послеродового психоза, а вообще).
— Мы будто застряли в Средневековье, — считает директорка Центра психического здоровья женщин при больнице Маунт-Синай в Нью-Йорке Веерле Бергинк. — Дело Линдси Клэнси показывает, насколько отвратительно выглядит ситуация в соцсетях, где люди говорят что угодно о послеродовом психозе просто потому, что ничего о нем не знают. Да и врачи, гинекологи и психологи, этому не учатся, потому что такого диагноза попросту нет в классификаторах.
Нет в психиатрическом справочнике — нет расстройства?
Бергинк говорит о Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам (Diagnostic and Statistical Manual of mental disorders) — главном международном справочнике, которым руководствуются психиатры для постановки диагноза. Добавить туда новое заболевание не так просто: ежегодно эксперты рассматривают множество предложений, и каждое проходит через оценку специальной комиссии.
Последнее масштабное обновление справочника готовили более 200 экспертов по четырем ключевым направлениям. Среди них была руководительница отделения психологической медицины Йельской системы здравоохранения Кимберли Йонкерс, которая возглавляла рабочую группу по гендерным вопросам.
— Кажется, все согласны, что проблема [послеродового психоза] существует. Нужно определиться, как состояние впишется в справочник, какими должны быть критерии диагноза и где именно его разместить. Это довольно строгий научный процесс добавления новой диагностической категории, и не все от этого в восторге, — объясняет Йонкерс.
Бергинк и другие сторонницы включения расстройства в справочник считают ситуацию замкнутым кругом: без существования «официального диагноза» сложно получить финансирование на исследования, сложно обучать врачей и информировать семьи, а значит — сложно закрыть пробелы в системе помощи. По словам Бергинк, послеродовый психоз — один из наиболее четко очерченных психиатрией типов расстройств: он развивается стремительно и часто поражает женщин, у которых раньше вообще не было проблем с психическим здоровьем.
— Об этой болезни писали еще со времен Древней Греции, — также добавляет Джессика Херон. — Исторических свидетельств о таком внезапном и тяжелом состоянии после родов так много, что даже шокирует, насколько мало мы до сих пор о нем знаем.
При этом послеродовый психоз, судя по всему, хорошо поддается лечению. Согласно обзору исследований в научном издании Biological Psychiatry, соавторкой которого выступила сама Бергинк, литий и электросудорожная терапия дают отличный результат. О последней, к слову, «Зеркало» ранее рассказывало.
Не первый подобный процесс
Дело Клэнси — не первый случай, когда в США судят женщину, предположительно пережившую послеродовый психоз. В 2001 году Андреа Йейтс утопила в ванне пятерых своих детей, а через год ее признали виновной в убийстве. Позже приговор отменили из-за того, что один из свидетелей обвинения дал ложные показания, и в 2006 году суд признал женщину невиновной по причине невменяемости.
Именно после того дела появился специальный благотворительный фонд, которым сейчас управляет организация Postpartum Support International — она тоже выступает за включение послеродового психоза в психиатрический справочник.
— Этот процесс [над Линдси Клэнси] указывает на многое: на противоречия, на отсутствие четких диагностических критериев, на недостаток осведомленности [о психозе после родов], на пробелы в системе здравоохранения. Я надеюсь, что мы не просто укажем на эти проблемы через суд, а действительно сможем что-то изменить — и этот разговор не должен прекращаться, потому что просто не может прекратиться, — подытоживает Делейни.
