За все время нахождения под арестом и после освобождения беларусские власти не выдвигали никаких условий по поводу Эдуарда. Об этом в интервью Delfi рассказал Виктор Бабарико.
— Это очень сложное состояние для меня и еще больше сложное, наверное, для Эдуарда. Почему сложное для меня? И я и он… Ну, будем говорить обо мне: я понимаю, что он заложник. Но всю жизнь тот, кто держит заложника, выдвигал условия. То есть, если ты захватил заложника, то ты, по идее, должен сказать, зачем ты его захватил.
При этом, отметил Виктор Бабарико, чего от него держа сына в заложниках хотят добиться, он не знает.
— То есть, мне никогда за все пять с половиной лет, что я находился в тюрьме и сейчас, никто не выдвигал условия относительно Эдуарда. Не сделай то, и тогда Эдуарда выпустят, или наоборот сделай. И в результате я нахожусь в достаточно сложной ситуации. Что я буду делать, или что я буду не делать, я понимаю, что на судьбу Эдуарда я не знаю, как это будет воздействовать. Буду говорить я то, что там хочу, или буду говорить я то, что хотела бы слышать власть — я честно говорю, я не знаю, как это повлияет на судьбу Эдуарда. И, собственно, наверное, это было точно так же, как и в 20-м. Мы с ним говорили в результате. Было всегда понимание одно: каждый из нас делает свой выбор. В 20-м году Эдуард сделал свой выбор. Да, предложил ему я, но принял это предложение он. Мы так всегда жили, так и здесь. Раз мне не выдвинули условия, то я делаю то, что я считаю нужным. Безусловно, то, что я считаю нужным, что не может навредить Эдуарду. Но так было всегда, я всегда делал то, что не может навредить моей семье. Во всяком случае, старался. Как я понимаю, — сказал Бабарико.
Он признался, что каждый раз, когда освобождается партия политзаключенных, надеется, что среди них будет и его сын.
Эдуард Бабарико 5 июля 2023 года был признан виновным по ч. 2 ст. 243, ч. 6 ст. 16 и ч. 1 ст. 342, ч. 6 ст. 16 и ч. 3 ст. 130 УК (Уклонение от уплаты налогов, повлекшее причинение ущерба в крупном размере, оказание пособничества в организации групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок, и оказание пособничества в организации умышленных действий, направленных на возбуждение вражды и розни по признаку социальной принадлежности).
Ему дали восемь лет исправительной колонии в условиях усиленного режима со штрафом в размере 5000 базовых величин (185 000 рублей) без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Производство по уголовному делу по ч. 2 ст. 235 УК (Отмывание средств, полученных преступным путем) было прекращено в связи с «отказом гособвинителя от обвинения.
Также 9 июля 2024 года в Бобруйске над Эдуардом состоялся суд по ч. 2 ст. 411 УК (Злостное неповиновение администрации колонии). Дело рассматривал судья Павел Картинин, который добавил политзаключенному еще два года. Эдуард подал на апелляцию, но безуспешно. После этого его перевели в исправительную колонию строгого режима № 11 в Волковыск. За пять месяцев содержания там Эдуарда администрация колонии инициировала возбуждение уже второго дела по ч. 2 ст. 411 УК. Процесс над политзаключенным стартовал 20 февраля в суде Волковысского района, но какое решение было принято, неизвестно. Правозащитники сообщили, что в апреле 2025 года Эдуарда этапировали в ИК № 8.
