Евросоюз готовит пятый пакет санкций против Беларуси. Эффект от предыдущих четырех пакетов пока неочевиден, за исключением, пожалуй, обострившегося миграционного кризиса на границах Беларуси с западными соседями. Разбираемся, кого могут коснуться очередные ограничения со стороны ЕС, с какой целью их разрабатывают и как санкционная политика влияет на Беларусь.
Этим летом Польша, Литва и Латвия, столкнувшиеся с миграционным кризисом на своих границах с Беларусью, а также ряд евродепутатов выступали за усиление санкций против белорусских властей. 2 сентября представитель внешнеполитической службы ЕС Люк Девинь сообщил, что Евросоюз уже работает над новым пакетом санкций в отношении Беларуси. Это будет пятый пакет ограничений со стороны ЕС за последний год.
Хронология принятия санкций после президентских выборов 2020 года
Первый пакет санкций ЕС ввел 1 октября 2020 года в связи с действиями властей во время выборов и репрессиями в отношении граждан после них. Ограничения сводились к запрету на поездки и замораживание активов 44 человек.
Во втором пакете санкций, принятом 6 ноября 2020 года, появилось имя Александра Лукашенко и его сына — советника по национальной безопасности Виктора Лукашенко. Всего рестрикции касались 15 должностных лиц. Причиной их принятия ЕС назвал жестокие репрессии и запугивание мирных демонстрантов, представителей оппозиции и журналистов.
17 декабря 2020 года с принятием третьего пакета санкционный список пополнился еще 36 лицами и компаниями. Это высокопоставленные чиновники, судьи, известные бизнесмены, а также компании и предприятия — МЗКТ, Synesis, Управделами президента, Dana Holdings/Dana Astra.
21 июня этого года Евросоюз принял четвертый пакет санкций — самый масштабный. В него вошли 78 физических и 8 юридических лиц. «Решение было принято из-за эскалации серьезных нарушений прав человека в Беларуси и жестоких репрессий против гражданского общества, демократической оппозиции и журналистов», — аргументировали его необходимость в ЕС.
Всего под четыре пакета санкций за последний год попали 166 человек и 15 организаций.
Отдельно Брюссель ввел секторальные санкции, которые коснулись калийной и табачной отраслей, нефтепереработки и банковской сферы. Вместе с санкциями США и Великобритании, по оценкам экспертов, они окажут серьезное влияние на часть экономики, формирующую львиную долю доходов от экспорта. Однако влияние секторальных ограничений будет отложенным, так как они начнут действовать после окончания действующих контрактов западных компаний с контрагентами из Беларуси.
Почему ЕС готовит новые санкции?
После введения последнего блока санкций против Беларуси отношения страны с Западом только ухудшались. К решению о введении новых ограничений Евросоюз подтолкнул, с одной стороны, миграционный кризис на восточной границе, в причастности к которому страны ЕС обвиняют белорусские власти. А с другой стороны — продолжающиеся репрессии внутри самой Беларуси.
— Никаким образом не реагировать на такого рода действия Евросоюз не может, поэтому санкции были ожидаемы, по крайней мере про это европейские власти предупреждали официальный Минск с момента, как началась эскалация ситуации на границе с Беларусью. Поэтому это ожидаемая и в определенной степени неизбежная реакция Брюсселя на подобные действия белорусских властей, — комментирует директор института «Политическая сфера» политолог Андрей Казакевич.
Кого коснутся санкции?
Пока нет точной информации о том, чьи фамилии и какие организации попадут в санкционный список четвертого пакета.
2 сентября в Европарламенте озвучили предложения представителей стран Евросоюза и дипломатов. Люк Девинь сообщил, что санкции могут коснуться судей и прокуроров, «участвующих в репрессиях против белорусского народа». Представители Литвы предложили внести в санкционный список авиакомпанию «Белавиа», которой уже закрыт доступ в аэропорты и воздушное пространство ЕС. Представитель внешнеполитического ведомства Латвии выступил за добавление в санкционный список белорусских туристических фирм, «способствующих нелегальной миграции из Беларуси», сообщает DW.
— Европейский союз может ограничиться символическими санкциями. Очевидно, что внесение в санкционный список физических лиц, тем более работающих в правоохранительной системе, не имеет серьезного практического содержания. А может ввести более жесткие санкции, как это предлагает ряд стран, — отмечает Андрей Казакевич.
Наиболее болезненным для официального Минска стало бы включение в новый санкционный список лиц из ближнего круга Александра Лукашенко, которых ограничения со стороны Запада еще не коснулись. Больным ударом будут возможные ограничения, способные привести к финансовым потерям близкого окружения и самого Лукашенко, а также компаний и секторов, играющих ведущую роль в формировании бюджета страны, считает Андрей Казакевич.
— Это единственный механизм, который, кажется, действует и который вызывает большое беспокойство у действующей власти. Потому что все другие механизмы — правовые, морально-этические или связанные с ограничениями по отношению к чиновникам, — учитывая достигнутый уровень эскалации, уже не имеют большого значения.
Зачем принимать новый пакет санкций, если можно изменить уже действующие?
Единственный блок ограничений, который фактически еще не начал действовать, это секторальные санкции Евросоюза против белорусских компаний нефтепереработки, калийной и табачной отрасли, а также банковской сферы. Эти санкции начнут действовать примерно в начале 2022 года, когда истечет срок действующих сейчас договоров между западными и белорусскими игроками соответствующих рынков.
Вряд ли власти ЕС решат приблизить старт этих секторальных рестрикций — это противоречит правоприменительной практике Брюсселя, а также создает сложности для своих же предприятий.
— Это будет изменением правил во время игры. А для Европы важно наличие правовых рамок и соблюдение правил. Тем более что до конца года, когда будут перезаключаться основные контракты, осталось не так много времени. Не думаю, что ЕС видит серьезные основания для того, чтобы эти сроки пересматривать, — считает политолог.
А есть ли вообще эффект от введенных санкций?
Официальный Минск понял, что проблемы в отношениях с ЕС выливаются в реальные финансовые проблемы, четвертый пакет и секторальные санкции могут привести к потерям в сотни миллионов евро, считает директор института «Политическая сфера». Ответом на введенные летом ограничения стало обострение миграционного кризиса на границах с Польшей, Литвой и Латвией.
— Я не поддерживаю мысль, что с санкциями как-то связаны репрессии против гражданского общества. Так как сам Лукашенко и государственные органы конкретно заявляют, что зачистка идет, потому что это — враги, которые дестабилизируют ситуацию, и не говорят, что это ответ на западные санкции, — комментирует Андрей Казакевич. — Мы видим, что есть попытки диверсифицировать экспорт, так же как давить на Европейский союз, демонстрировать некие послабления в виде освобождения небольшой части политзаключенных.
Говорить о реальных последствиях для Беларуси пока рано, дополняет собеседник. Однако если отношения сторон будут продолжаться по заданной траектории, то эффект санкций будет усиливаться, прежде всего делая более дорогими для белорусских властей продолжение репрессий внутри страны и внешнеполитические инициативы, недружественные по отношению к западным странам.
— Другой вопрос, будут ли готовы власти платить постоянно растущую цену, — добавляет политолог.
Влияние санкций на экономику будет видно уже во втором полугодии, считают эксперты BEROC. По их оценкам, наибольший эффект окажут санкции ЕС и Великобритании, которые касаются нефтепродуктов и калийных удобрений.
— По шкале выпуска потенциальные потери от них составляют около 6% ВВП в течение 2−3 кварталов после их активации. Далее за счет отраслевых взаимосвязей и ограничений в использовании обменного курса для сглаживания их эффекта потери будут возрастать вплоть до 10% ВВП, — пишут эксперты.
У белорусских властей есть возможность нивелировать или снизить потери от воздействия санкций через диверсификацию экспорта и сдерживание негативных эффектов внутри подсанкционных отраслей. Но поле для маневра недостаточное, чтобы полностью сгладить санкционный удар. Значит, потери от санкционной политики начнут ощущаться с приходом 2022 года, когда начнет действовать основная часть секторальных ограничений.
Существенный спад ВВП приведет и к финансовому стрессу, который с учетом санкций, затрагивающих банковский сектор, с большой вероятностью трансформируется в полномасштабный кризис, считают экономисты BEROC.