Исправительную колонию № 1 в Новополоцке называют одной из самых жестоких в Беларуси. Здесь отбывают наказание около 150 политзаключенных, в том числе Виктор Бабарико. «Радыё Свабода» пообщалось с белорусом, который недавно освободился из этой колонии.
Алексей (имя изменено в целях безопасности) вышел из колонии несколько месяцев назад. Бывший заключенный рассказывает, что Бабарико весной–летом прошлого года отсидел 6 месяцев в ПКТ и теперь, вероятно, проводит там следующие 6 месяцев. Алексей поясняет, что всему, что делают в колонии милиция и администрация, пытаются придать некую легальность.
«Это безобразие, замаскированное под „законность“»
По закону заключенный может содержаться в ПКТ 6 месяцев. После этого администрация обязана вернуть его обратно в отряд, но на практике некоторых заключенных снова помещают в ПКТ. Два срока в ПКТ являются основанием для возбуждения уголовного дела по статье 411 УК (Неподчинение администрации колонии) и назначения дополнительного срока.
По словам собеседника «Свабоды», Виктор Бабарико попал в ПКТ практически сразу после окончания своего первого срока.
Собеседник напоминает, что в 2022–2023 годах, когда Бабарико работал то на хлебозаводе, то потом «на углях», для него подбирали специальные бригады. В них входили только «проверенные» администрацией люди. То есть те, кто сотрудничает с охраной.
Алексей говорит, что до февраля 2023 года Виктор Бабарико содержался в колонии на тех же условиях, что и другие заключенные.
«Было очевидно, что оперативники, другие милиционеры не влияют на его жизнь. Ведь все эти распоряжения явно шли не по линии начальника колонии, а „сверху“. Так что до февраля его особо не трогали. Почему треш начался после февраля — я не знаю. ШИЗО, ПКТ и так по кругу», — говорит Алексей.
Собеседник добавил, что проблемы были и у тех заключенных, которые пытались общаться с Бабарико. Администрация пыталась держать его в изоляции.
«В камере он сидел с туркменом, хорошо говорящим по-русски, и заключенным, близким к администрации», — говорит Алексей.
Дополнительные камеры наблюдения, сигнализация
По словам Алексея, когда Виктор Бабарико работал в бригаде «на углях», то там, на площадке, установили дополнительные камеры наблюдения и сигнализацию.
«То есть когда Бабарико пошел, скажем, в туалет, об этом знала вся колония, потому что об этом оповещала сигнализация», — сказал собеседник.
С февраля 2023 года к Виктору Бабарико перестали пускать адвоката, также его лишили встреч и передач.
«Даже когда Бабарико поместили в ШИЗО, то к нему посадили политического с очень тяжелым характером, с которым трудно находиться рядом, и пенсионера, который был очень болен и буквально ходил под себя. С такими людьми особо не поразговариваешь», — говорит Алексей.
Бывший заключенный также рассказывает, что в апреле 2023 года Виктор Бабарико попал в медсанчасть.
«Когда он туда попал, в одной палате была установлена камера наблюдения. Очевидно, что для Бабарико. Многие заключенные видели тогда через окно его с перевязанной головой. Тем временем милиция распространяла слухи о том, что Бабарико упал. Один мой знакомый заключенный попал в медчасть как раз тогда, когда там был Бабарико. Он спросил: „Что с вами, Дмитриевич?“ Тот ответил: „Я упал“. Видимо, ему так приказали сказать», — вспоминает собеседник.
Алексей добавляет, что в колонии ходила информация о том, что у Виктора Бабарико пробито легкое, проблемы с почками и что он несколько раз терял сознание.
«В последний раз его видели в коридоре ПКТ примерно в ноябре. Он сильно похудел, но его взгляд был бодрым и уверенным. Это значит, что его не сломали», — добавил Алексей.
