Вчера на совещании о противодействии санкционным мерам Александр Лукашенко высказался о предателях, которым «прощать нельзя». Он заявил, что если они носят погоны или работают в госаппарате, то должны понимать, где находятся. В противном случае, добавил Лукашенко, призывы к санкциям, война против власти и прочее будут расцениваться как предательство. При этом в том же выступлении Лукашенко резко запротиворечил собственным словам. Он усомнился, что «подписантов» за альтернативных кандидатов на президентских выборах стоит «ловить и допрашивать». А еще добавил, что «многие уже в третий раз переобулись». Так что на самом деле имел в виду Лукашенко, говоря о не совсем преданных ему чиновниках, и зачем он сделал такие противоречащие заявления? Zerkalo.io спросило об этом политических экспертов.
«Возможно, его слова — это просто игра на публику»
Политический аналитик Артем Шрайбман предполагает, что причина противоречивой риторики Лукашенко может заключаться в кадровых чистках, которые уже проводятся в разных госкомпаниях и учреждениях.
— Возможно, они уперлись в ситуацию кадрового голода, когда приходится увольнять слишком много специалистов. Наверное, это доходит и до Лукашенко. Таким образом он кого-то одергивает, говоря, что всех увольнять не надо. Но при этом же и делает какую-то дифференциацию, говорит, что есть руководители, которых не надо жалеть. Поэтому как это истолкуют КГБ или МВД, которые занимаются этими чистками, большой вопрос, — комментирует аналитик.
При этом Шрайбман добавляет, что обществу неизвестно, что же на самом деле Лукашенко говорит силовикам «не под запись».
— Возможно, его слова — это просто игра на публику. Он в первую очередь говорит их на камеру, чтобы выглядеть мудрым, уравновешенным и не бросающимся в перегибы и крайности правителем. В принципе, это его вечная тактика — говорить в одном абзаце то, что разные целевые аудитории могут посчитать для себя уступкой или чем-то приятным. Эту тактику он использует и во внешней, и во внутренней политике, — добавляет Артем Шрайбман.
«Репрессии не прекратятся, пока не будет четкой команды на их окончание»
Экс-дипломат и аналитик Павел Слюнькин отмечает, что такие противоречащие друг другу пассажи — это классика публичных выступлений Лукашенко.
— Я не знаю, зачем он на самом деле это делает, но такие риторические приемы дают возможность каждому слушателю услышать в них что-то свое. Те его сторонники, которые недовольны репрессиями и их размахом, услышат в его словах примирительные фразы и призывы не наказывать всех и вся. Те же, кто выступает за «тотальную зачистку от врагов», поддержат решение «не прощать предателей», — считает Слюнькин.
При этом, по его мнению, важно понимать, что далеко не всегда публичная позиция Лукашенко совпадает с реальными поручениями, которые он дает своей бюрократической и силовой вертикали.
— Но даже если это так, то когда сверху вниз посылаются такие противоречивые импульсы, исполнители в любом случае склонны скорее перестраховываться. В их логике гораздо безопаснее наказать, уволить или посадить кого-то, даже осознавая незаконность и несправедливость своих действий, чем сделать наоборот и этим потенциально навлечь на себя подозрения в собственной нелояльности. Поэтому репрессии не прекратятся, пока не будет четкой команды на их окончание. И наличие такой команды мы, возможно, ощутим даже раньше, чем Лукашенко успеет ее озвучить. Поэтому гораздо важнее следить за действиями властей, а не за их словесной эквилибристикой. Нынешние события указывают на то, что логика всеобщей зачистки продолжается, — комментирует экс-дипломат.
«Лукашенко пытается списать все на недобросовестных исполнителей»
Политический обозреватель Валерий Карбалевич считает, что противоречивые заявления Лукашенко во время его выступлений — это не исключение из правил, а скорее, норма. По словам Карбалевича, очень часто в одном и том же заявлении Лукашенко выдвигает взаимоисключающие друг друга тезисы.
— Думаю, за 27 лет к этому все уже привыкли. Но есть другой момент: мне кажется, Лукашенко не хотел бы, чтобы с его именем отождествляли какие-то нехорошие дела, которые происходят в Беларуси. Поэтому время от времени он пытается от этого отстраниться и списать все на недобросовестных исполнителей. В первые дни после президентских выборов Лукашенко заявил, что некто «мы» «перебрали» с реакцией. Подразумевалось, что не он давал на это команду, а его подчиненные, силовики. Что-то похожее происходит и сейчас, — комментирует Валерий Карбалевич.
При этом обозреватель добавляет, что если вдруг что-то в стране пойдет не по плану, Лукашенко сможет вернуться к своим словам и заявить, что он призывал действовать по совершенно другому сценарию.
Однако как сейчас слова Лукашенко воспримут чиновники и силовики? По мнению Карбалевича, они получили противоречивые сигналы: с одной стороны Лукашенко говорит о том, что нужно «вскрыть» предателей системы, но при этом почти сразу же добавляет: трогать тех, кто подписался за альтернативных кандидатов, не стоит.
— В итоге государственный аппарат оказывается в растерянности: что же делать, бежать или стоять? Опять же — это один из парадоксов существующего политического режима, когда сверху исходят абсолютно разные сигналы, а вертикаль не понимает, что нужно делать. Разные чиновники реагируют по-разному: одни пытаются ничего не делать и ждать дополнительной команды, другие начинают задавать вопросы руководству, а кто-то даже пытается саботировать решение, — добавляет обозреватель.