60 человек признаны потерпевшими в деле о пытках в Беларуси, но до сих пор не предъявлены обвинения ни одному силовику или судье. Почему затягивается процесс и что об этом думают жертвы репрессий, рассказывается в материале DW.
Литва была первой страной, где прокуроры начали расследование по факту политического преследования граждан в Беларуси. Правоохранители допросили потерпевших и свидетелей, собрали документальные доказательства. Но до суда дело так и не дошло.
13 сентября в Вильнюсе встретились правозащитники, юристы и представители литовской власти, чтобы обсудить, как продвигается расследование против силовиков и судей режима Лукашенко в рамках универсальной юрисдикции. Это процедура позволяет государствам возбуждать уголовные дела вне зависимости от места совершения преступления, гражданства обвиняемых и потерпевших, если речь идет о преступлениях против человечности, массовых избиениях и пытках.
Что мешает направить дело в суд?
Заместитель Генерального прокурора Литвы Саулюс Версяцкас признал, что когда в 2020 году к ним обратился первый потерпевший из Беларуси, у сотрудников были сомнения, стоит ли браться за дело. «Ведь преступление произошло в Беларуси. Генпрокурор спрашивал, сможем ли мы добыть доказательства, привлечь к ответственности виновных, и если не будет результата, не вызовет ли это разочарование. И спустя четыре года мы чувствуем это от беларусского гражданского общества, будто мы зашли в тупик, — признал спикер. — Хочу опровергнуть это: прокуратура продолжает расследование, мы установили несколько десятков ответственных за преступления против человечности».
По словам прокурора, допрошено 60 потерпевших. Литва пока единственная страна, где ведется полноценный уголовный процесс, хотя с подобными заявлениями жертвы обращались в правоохранительные органы и других стран — Польши, Германии, Чехии, Израиля.
Основной мотивацией литовской прокуратуры, по словам Версяцкаса, было вовремя начать собирать доказательства. «У нас был свой опыт: преступления, которые совершали силовики в советское время, — убийство пограничников и таможенников в 1991 году на границе с Беларусью, — вспомнил замгенпрокурора. — Неважно, что до суда мы дошли только через 20 лет. Неважно, что некоторых удалось осудить только заочно, но были приговоренные и к реальным срокам, в том числе к пожизненному заключению. И правосудие все же было достигнуто».
«Мы не можем ждать 20 лет»
Депутат Европарламента Дайнюс Жалимас настаивает: если восстановление прав жертв не произойдет вовремя, оно может вообще не наступить. «У нас до сих пор нет объявленных в розыск, — напомнил он. — Почему мы не ставим под сомнения неприкосновенность Лукашенко, который незаконно удерживает власть? Нам следует громче заявлять о международном трибунале над ним. Еще один вопрос: являются ли существующие санкции против режима действенными? Наше бездействие только поощряет диктатора».
По мнению Жалимаса, следует одновременно задействовать три меры против режима Лукашенко: начать суд в рамках универсальной юрисдикции и международный трибунал, вводить действительно эффективные санкции.
Литовский адвокат Каролис Ругис, который представляет интересы потерпевших беларусов, заметил, что Литве не хватает политической воли для того, чтобы расследование продвинулось. «Мы не можем ждать 20 лет», — настаивает защитник.
Большинство потерпевших все еще верит в правосудие
Юрист правозащитного центра «Вясна» Павел Сапелко признал, что, когда в 2020 году он вместе с коллегами начал фиксировать нарушения, никто не предполагал, что это превратится в четырехлетний марафон преступлений против человечности: с тех пор 3,5 тысячи человек были признаны политзаключенными, пять тысяч обращались с заявлениями о пытках в Следственный комитет, однако до расследования в Беларуси дело так и не дошло. Многие надеются, что правосудие будет достигнуто хотя бы в рамках универсальной юрисдикции, пояснил эксперт.
«Мы опросили 580 человек, которые пережили пытки, — рассказал Сапелко. — 57% пострадавших заявляют, что их желание восстановить справедливость не изменилось, 29% сказали, что оно только усилилось, у 14% вера ослабла. Из того же исследования мы видим: 84% считают, что степень виновных должен установить суд, то есть люди не ждут самосуда, они рассчитывают на полноценное разбирательство. 60% опрошенных заявили, что иностранные государства, где они сейчас находятся, должны прилагать больше усилий для универсальной юрисдикции».
Что мешает начать суд за рубежом против режима Лукашенко? Эксперты называют несколько причин: нет политической воли у государств, к которым обратились потерпевшие, неопределенная перспектива привлечь виновных к реальной ответственности на территории ЕС и смещение международного фокуса с Беларуси на другие проблемы, в частности, войну в Украине.