Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Иначе всем будет плохо». Силовики вызвали знакомых беларуски на допрос и «передали привет» на ее день рождения
  2. «За 500 долларов работать не будем». В сети появилось обращение, вероятно, от мигрантов из Узбекистана, которые приехали в Беларусь
  3. «За день „поднимаю“ 650 рублей». Водители WB Taxi рассказали, сколько получают на самом деле
  4. Беларус вернулся на родину заменить паспорт, но попал в колонию. Его имущество продали на торгах
  5. Беларусских абитуриентов зовут поступать на сотрудников КГБ. Чем их заманивают и о чем не говорят
  6. Этот географ не «пропил глобус», а написал один из главных бестселлеров беларусской литературы. Вот его история — в пяти пунктах
  7. «Что происходит?» За 24 часа до конца подачи документов на бюджет во всех медвузах мест еще больше, чем желающих там учиться
  8. На торги выставили недвижимость банковского топ-менеджера
  9. Синоптики предупредили об опасности в пятницу и рассказали о погоде в выходные
  10. У беларусов стало на одну безвизовую страну больше
  11. Этот «непростой» иностранец в 2020-м хвалил Лукашенко и говорил, что «никто не украдет» его имущество. Но реальность оказалась иной
  12. Беларус подался на польскую визу после депортации, ждал месяц. И что в итоге?
  13. «Будем искоренять до конца». Депутат высказался о закрытии магазинов с беларусской символикой и отмене фестиваля «Наш Грюнвальд»
  14. «Вас заметят». Налоговики пригрозили «административкой» тем, у кого есть недвижимость, — и показали на примере, какие неприятности грозят
  15. Группу рабочих из Узбекистана, которые приехали в Беларусь, возмутило жилье, что им предложили. Им дали новое — вот какое
  16. 60 лет одиночества. Сборная Англии снова не выиграет футбольный ЧМ — рассказываем, как британцы безвольно уступили в полуфинале
  17. Стал известен приговор экс-помощнику Лукашенко Игорю Брыло по громкому «молочному делу» — «Наша Ніва»
  18. «Тое, што адбывалася, немагчыма апісаць словамі». Северинец рассказал, что происходило на Окрестина в августе 2020-го
  19. «За нами даже закрепили такси». Что рассказывают работники из Узбекистана, приехавшие в Беларусь (недовольны далеко не все)


Польская комиссия по расследованию визового скандала 8 апреля продолжила рассмотрение дела о визах PBH. На этот раз допрашивали бывших руководителей Агентства разведки. Часть заседания была засекречена. За открытой частью следила газета Wyborcza. MOST выбрал наиболее важные моменты.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: «Зеркало»
Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: «Зеркало»

Программа Poland. Business Harbour была запущена в 2020 году и призвана была привлечь в Польшу специалистов и технологические компании из постсоветских стран, прежде всего Беларуси. Она включала выдачу национальной визы D23, юридическую поддержку при переезде, помощь в контактах с органами самоуправления, СЭЗ, инвесторами, а также гранты. С 26 января 2024 года Польша закрыла программу. МИД страны заявил, что она не оправдала надежд; ранее возникали сомнения в целевом использовании виз. После закрытия программы в IT-сфере Польши стали фиксировать нехватку специалистов.

За время действия программы Польша, по данным МИД, выдала более 93 тысяч виз. Но по данным Погранслужбы, в страну въехало только 13 259 специалистов и членов их семей. Теперь предметом расследования является сама процедура выдачи виз, а также тот факт, что дальнейшую судьбу их получателей никто не отслеживал.

Бывший руководитель Агентства разведки Петр Кравчик в ходе допроса пояснил, что эта структура не играла формальной роли в выдаче виз. Но согласился, что коррупция в этом процессе является угрозой национальной безопасности.

Следом допросили Бартоша Ярмушкевича, который возглавлял ведомство после Кравчика с 2023 года. Он заявил, что угрозы, связанные с миграцией, неоднократно обсуждались на встречах с министром-координатором спецслужб, главой МИД, а также внутри служб. И признал, что Агентство разведки получило информацию о возможных нарушениях в выдаче польских виз. Но не стал разглашать подробности.

В целом оба свидетеля на многие вопросы отвечали в том духе, что не занимались вопросами лично.