В начале января о закрытии объявил фешенебельный столичный ресторан Falcone, которым управляла жена Александра Зингмана — скандального бизнесмена, приближенного к Александру Лукашенко. Что собой представляло заведение, как там все было устроено и какие царили нравы, «Еврорадио» рассказала сотрудница, работавшая там в первой половине 2010-х — в момент появления звездного шефа Доминика Акампора. В целях безопасности некоторые детали истории и личные данные собеседницы анонимизированы.
Что известно о ресторане Falcone и связанном с ним бизнесмене Зингмане
Ресторан итальянской кухни Falcone (в переводе с итальянского означает «сокол») открылся в Минске на улице Короля в 2007 году. Заведение прославилось как место с одними из самых высоких цен. Например, в меню можно найти говядину Вагю с соусом «Джек Дэниелс» — она стоила ровно 500 рублей.
Ресторан Falcone принадлежал польской компании «Контрактус», писал в 2021 году TUT.BY. Ее владельцем был польский бизнесмен Витольд Карчевский. «А так как у меня с хозяином компании хорошие отношения, то рестораном управляет моя жена Елизавета», — объяснял в интервью беларусский бизнесмен Александр Зингман.
В начале 2025 года заведение объявило о закрытии, не указав причину.
Александр Зингман — бизнесмен, который занимается различными проектами в Африке, почетный консул Зимбабве в Беларуси. В 2021 году он попал в скандал в Конго: его арестовали на несколько дней по подозрению в поставках оружия.
По данным на 2021 год, Зингман был главой и совладельцем арабской компании Aftrade DMCC, а также выполнял роль почетного консула Зимбабве в Беларуси. Именно эта компания является официальным дилером МТЗ в Зимбабве. По данным местных СМИ, с участием этой компании в страну поставляли сельскохозяйственное оборудование и автобусы «на десятки миллионов долларов», а также пожарные машины, которые заподозрили в продаже по серой схеме и завышенной цене.
В марте 2021 года Зингмана арестовали в Конго по обвинению в незаконном обороте оружия, но позже освободили. По данным расследователей литовского центра Siena, объединения журналистов-расследователей OCCRP и телеканала «Белсат», Зингман вместе с сыном бывшего управделами Лукашенко Виктора Шеймана также связан с добычей золота в Зимбабве. Расследователи называли Зингмана приближенным к Александру Лукашенко.
«Потратить много денег и от этого кайфануть»
— Falcone был самый дорогой ресторан в Минске на тот момент, за тарелку супа там можно было заплатить 50−60 долларов. Цены были сильно выше относительно других заведений, а блюда готовились из не растущих и не обитающих на территории Беларуси ингредиентов.
Еда там была качественная: завозили действительно отборные продукты. Но иногда «простреливала» низкая культура обслуживания. Например, суп из индейки, которую должны были привозить из Франции, готовили совершенно спокойно из беларусских кур, которые покупались в «Короне». Это не было нормой, но и единичным случаем такое не назовешь — периодически «простреливало».
Falcone был местом, куда шли не за кулинарным опытом, а за показушным статусом и роскошью, где можно потратить много денег и от этого кайфануть. Он стартовал на фоне экономического роста в стране, когда стали появляться люди с деньгами и им нужно было место, чтобы почувствовать себя другими, богатыми. Мне кажется, что они до самого конца не смогли выбраться из формата обслуживания олигархов в самом карикатурном виде, как этот показывают комики из России или Украины.
Меню обновлялось достаточно часто, еда действительно была вкусной. Персонал еду изредка пробовал, были тестинги, но общая стоимость была завышена — в три-четыре раза по сравнению с просто хорошим и дорогим минским заведением.
«Очень умный, жесткий, отвратительный в общении человек»
— В ресторан я попала по объявлению. Меня интервьюировал директор, но пообщаться успела в принципе со всеми: другими официантами, итальянским шеф-поваром и беларусским сушефом, со всеми администраторами. Вообще со всеми по властной вертикали, вплоть до Зингмана.
В Falcone действовала жесткая вертикаль подчинения. Эта система управления много где встречается в отдельных частных компаниях, открытых в 90-х и 00-х, и в сегодняшних госструктурах. Такая стандартная патриархальная иерархия, когда у тебя есть нижний и верхний уровень.
На самой вершине пирамидки король — Зингман — и вращающиеся вокруг него люди. А ниже тебя — официанты, какой-то обслуживающий персонал, посудомойщицы, уборщицы. Они были как функция: их никто не замечал, с ними вообще не общались те люди, которые повыше рангом.
И вот эта вертикаль была самого отвратительного капиталистического вида, как в «Незнайке на Луне». Если у нас есть пять-семь ступеней от самого низа до верха, то вышестоящие всячески пинают и унижают нижестоящих.
Это было отвратительно. Такой стиль отношения задавался повсеместно: повара пинали официантов, сушеф пинал поваров, шеф пинал сушефа, и были определенные субординационные отношения между Зингманом и шефом.
Есть ощущение, что шеф-повара Доминика Акампора специально выбирали под такие условия. Потому что это был очень умный, жесткий, отвратительный в общении человек. Перед людьми ниже на ступеньку от него он совершенно ничего не стеснялся, не считал нужным притворяться.
Общался с коллективом как с обслуживающим персоналом — и мгновенно переключался, как профессиональный актер, при общении с Зингманом: кланялся, обхаживал его, улыбался, старался угодить.
Проявлялось типичное поведение человека, который сам был обслуживающим персоналом, но выбился на самый верх социума. И мгновенно с него это спадало, когда не нужно было притворяться, когда перед ним стоял человек, которого он не считал кем-то значимым.
Он сразу открывался, рассказывал, как спал с секс-работницами, нюхал кокаин, требовал ему купить травы. Никто ему в этом не мог помочь, но он мог прийти и спросить подобные вещи у коллектива.
Такого злого авторитаризма ни в одной организации я больше не видела. Там все искрилось от неких двойных смыслов, агрессии.
«Он абсолютная акула, без морального базиса»
— С самим Зингманом общения было мало. По существовавшей вертикали до него было достучаться сложно, получалось далеко не всегда. И официанты, которые с ним взаимодействовали, имели четкие инструкции, как с ним себя вести: что человек любит, как стоит обращаться.
Было очевидно, что он абсолютная акула, без морального базиса, что живет и плавает в совершенно другой воде, чем обычные люди. Что принимает решения, не опираясь ни на какую моральную рамку.
Мне кажется, у него были такие глаза и он так себя вел, что для него уволить человека или убить было абсолютно равнозначные вещи. Человек считал себя абсолютно отдельным от социума и таким образом себя вел.
Зингман очень умный и злой, но при этом очень несчастный. Такие люди просто не могут быть счастливыми: они не свободны, они замкнуты в своем амплуа важной персоны и должны все время доказывать свой статус-кво.
«Злое место для злых людей»
— Я проработала там только год, потому что с точки зрения вечности никакие деньги не стоят репутации, имени и некого компромисса со злом, сколько бы тебе ни платили. При этом в ресторане платили совершенно обычную зарплату, там не было каких-то невероятных денег.
Не было такого, что у тебя цены в четыре раза отличаются от обычного ресторана и тебе платят в пять раз больше, — это не та ситуация. Платили хорошую зарплату по тем временам, естественно, были чаевые у официантов, и они могли быть очень высокие. Но история не про это.
Пока в Минске в тот момент развивалась правильная корпоративная культура, появлялись компании с новым видением и подходом, с какой-то меритократией, которая устанавливала тебя в этой системе как равноправного человека и коллектив — как сообщество равноправных людей, то там было отношение к человеку как к г**ну.
Поэтому никакая зарплата этого купить не может. И это чувствовалось: люди были достаточно нервные. А те, кто приходил, видел, что происходит, и оставался, приобретали все эти негативные черты: злость, подозрительность, интриганство. Был полный пакет нездорового коллектива, плюс еще определенная элитность и напыщенность не прибавляла здоровья к общему состоянию и только усугубляла его.
То, что Falcone связан с польским политиком, я не знала.
Что касается важной клиентуры, то я старалась ее не замечать. В ресторан захаживала разная публика. И очень много людей хотели оставаться анонимными.
Через это заведение прошло множество разных людей в официальных и полуофициальных статусах. Это тот уровень, который тебе не нужен, если ты в этих слоях не вертишься, то лучше их избегать, поэтому тут без комментариев.
