Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Неуправляемый. Поезд, груженный ядом, отправился в путь без машиниста, набирая полный ход, — реальная история, о которой сняли кино
  2. Советник Тихановской — о том, меняется ли позиция Европы по Минску
  3. Келлог: Если Беларусь нападет на Украину, это станет последним днем Лукашенко
  4. Обзывался, угрожал, пугал боевиками, намекал на наркотики. Как Лукашенко отреагировал на заявления из Киева и визит туда Тихановской
  5. Июнь начнется с гроз и теплой погоды. Синоптик Дмитрий Рябов дал прогноз на первую неделю лета
  6. «Ни хрена себе, на секундочку». Беларуска почти два года ждала в очереди на подачу на немецкий шенген — вот на сколько ей дали визу
  7. Уже завтра вступят в силу несколько важных финансовых изменений — вот что нужно знать
  8. Пара из Бреста отправилась «на тюльпаны» в Нидерланды, чтобы накопить на дом, — вот как они живут и сколько зарабатывают


/

Соединенные Штаты и Иран в последний момент избежали масштабной военной эскалации, договорившись о двухнедельном перемирии после напряженных и во многом хаотичных закулисных переговоров. Как сообщили Axios источники, знакомые с ходом дипломатических контактов, ключевую роль в достижении договоренности сыграло решение верховного лидера Ирана Моджтабы Хаменеи, который впервые с начала конфликта дал своим переговорщикам указание двигаться к соглашению.

Женщина держит портрет нового верховного лидера Ирана Моджтабы Хаменеи. Тегеран, 9 марта 2026 года. Фото: Reuters
Женщина держит портрет нового верховного лидера Ирана Моджтабы Хаменеи. Тегеран, 9 марта 2026 года. Фото: Reuters

Переговоры проходили на фоне жесткой риторики со стороны президента США Дональда Трампа, который публично угрожал Ирану «полным уничтожением». В это же время Пентагон готовился к возможной масштабной военной операции против иранской инфраструктуры, а союзники США в регионе — к потенциальному ответному удару со стороны Тегерана.

Решающая фаза переговоров пришлась на начало недели. Спецпосланник США Стив Уиткофф вел интенсивные контакты через посредников, в том числе представителей Пакистана, которые передавали предложения между Вашингтоном и министром иностранных дел Ирана Аббасом Арагчи. В процессе также участвовали представители Турции и Египта, пытаясь сблизить позиции сторон.

Первоначальные предложения резко расходились: американская сторона сочла иранский вариант соглашения неприемлемым. В течение дня документы неоднократно перерабатывались, и к вечеру посредникам удалось согласовать обновленный проект — временное перемирие сроком на две недели.

Окончательное решение оставалось за Моджтабой Хаменеи. По словам источников, он лично контролировал процесс, несмотря на повышенные меры безопасности и угрозы покушения, и в итоге одобрил компромисс, что стало переломным моментом.

На этом фоне сохранялась высокая напряженность. Вице-президент США Джей Ди Вэнс координировал контакты с посредниками, находясь в Венгрии. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху поддерживал постоянную связь с Вашингтоном, однако в израильском руководстве росли опасения, что процесс выходит из-под их контроля.

К полудню вторника стороны приблизились к соглашению, а спустя несколько часов премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф публично призвал принять условия перемирия. Несмотря на давление со стороны сторонников жесткой линии, Дональд Трамп в итоге поддержал соглашение после консультаций с Нетаньяху и пакистанским военным руководством.

Практически сразу после объявления перемирия американские военные получили приказ приостановить подготовку к ударам. Иран, в свою очередь, заявил о готовности соблюдать условия соглашения и открыть Ормузский пролив для судоходства при координации с вооруженными силами.

Тем не менее перспективы долгосрочного урегулирования остаются неопределенными. США настаивают на отказе Ирана от ядерной программы и прекращении разработки баллистических ракет, тогда как Тегеран демонстрирует готовность лишь к ограниченным уступкам.

Ожидается, что дальнейшие переговоры пройдут в Пакистане, где американскую делегацию может возглавить Джей Ди Вэнс. При этом сохраняется риск, что в случае провала дипломатических усилий конфликт может возобновиться.