Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. У беларусов стало на одну безвизовую страну больше
  2. «Иначе всем будет плохо». Силовики вызвали знакомых беларуски на допрос и «передали привет» на ее день рождения
  3. Беларус вернулся на родину заменить паспорт, но попал в колонию. Его имущество продали на торгах
  4. Этот географ не «пропил глобус», а написал один из главных бестселлеров беларусской литературы. Вот его история — в пяти пунктах
  5. «Что происходит?» За 24 часа до конца подачи документов на бюджет во всех медвузах мест еще больше, чем желающих там учиться
  6. Почему Лукашенко зовет узбеков, но не пытается вернуть уехавших беларусов? Мнение аналитика
  7. «За нами даже закрепили такси». Что рассказывают работники из Узбекистана, приехавшие в Беларусь (недовольны далеко не все)
  8. Группу рабочих из Узбекистана, которые приехали в Беларусь, возмутило жилье, что им предложили. Им дали новое — вот какое
  9. «Вас заметят». Налоговики пригрозили «административкой» тем, у кого есть недвижимость, — и показали на примере, какие неприятности грозят
  10. 60 лет одиночества. Сборная Англии снова не выиграет футбольный ЧМ — рассказываем, как британцы безвольно уступили в полуфинале
  11. Синоптики предупредили об опасности в пятницу и рассказали о погоде в выходные
  12. Мужчина, напавший на беларусскую спортсменку Александру Герасименю, арестован на три месяца
  13. Ключевой переговорщик США с Лукашенко покидает свой пост. «Зеркалу» стали известны подробности
  14. «В Филадельфии мы пережили настоящий ад». Беларус съездил на футбольный ЧМ, потратив 20 тысяч долларов, — вот его впечатления
  15. На субботу выписали штормовое предупреждение. Обещают грозы, ливни и сильный ветер
  16. «Жить там можно только от безысходности». Беларусы разошлись во мнениях об одном из самых спорных районов Минска
  17. Среди семи охранников Соболенко был легендарный беларусский секьюрити. Это он отодвигал детей, которые тянулись к спортсменке
  18. «Граница Республики Беларусь довела меня до нервного срыва». Российская блогерка сравнила прохождение границы с восхождением на Эверест
  19. «Будем искоренять до конца». Депутат высказался о закрытии магазинов с беларусской символикой и отмене фестиваля «Наш Грюнвальд»
  20. Еще один банк сообщил о проблемах, которые затрагивают клиентов с техникой Apple


Во втором туре президентских выборов в Иране победил реформист Масуд Пезешкиан. Он получил почти 16,4 млн голосов (53,3%), а его оппонент, консерватор Саид Джалили — 13,5 млн (44,3%). Чем известен Пезешкиан — в материале RTVI.

Масуд Пезешкиян на митинге в Тегеране 3 июля 2024 года. Фото: Reuters
Масуд Пезешкиан на митинге в Тегеране 3 июля 2024 года. Фото: Reuters

«Объединяющая сила»

Масуду Пезешкиану 69 лет. Он родился 29 сентября 1954 года в Мехабаде (на северо-западе Ирана, провинция Западный Азербайджан) и вырос в семье отца-азербайджанца и матери-курдянки.

Associated Press (AP) пишет, что избранный иранский президент говорит на азербайджанском языке и давно занимается вопросами этнических меньшинств Ирана. Сторонники Пезешкиана называют его азербайджанское происхождение одной из причин, по которой он может стать инициатором создания «объединяющей силы» в стране.

Во время ирано-иракской войны (1980−1988) Пезешкиан служил военным врачом, отправляя медицинские бригады на фронт. Позже он стал кардиохирургом, а в 1994 году возглавил Тебризский университет медицинских наук.

В политику Пезешкиан пришел в начале 2000-х как заместитель министра здравоохранения страны. С 2001 по 2005 год занимал пост главы Минздрава при президенте Мохаммаде Хатами (1997−2005 годы).

В 2006 году Пезешкиана избрали законодателем, представляющим город Тебриз. Позже он занял пост спикера парламента, на котором придерживался реформистских и умеренных идей. AP отмечает, что аналитики часто описывали его скорее как «независимого» политика, чем союзника избирательных блоков. Статус «независимого» деятеля Пезешкиан также использовал в ходе предвыборной кампании, пишет агентство.

С 2008 года Пезешкиан занимает пост депутата парламента Ирана. В 2016—2020 годах был первым вице-спикером.

В 2013 году Пезешкиан зарегистрировался для участия в выборах президента, но в итоге снял свою кандидатуру. В 2021 году власти запретили ему и другим известным кандидатам участвовать в выборах, что помогло предыдущему президенту Ирана Эбрахиму Раиси с легкостью одержать победу, напоминает AP.

Двойственность роли политика-реформатора в Иране

CNN пишет, что Пезешкиан получил волну известности выступая против насилия, связанного со смертью Махсы Амини. Девушка умерла в 2022 году после того, как ее арестовали за якобы нарушение закона, ограничивающего ношение женской одежды. Смерть Амини стала поводом для многомесячных протестных демонстраций по всему Ирану. По данным ООН, сотни людей были убиты и тысячи арестованы, когда власти пытались подавить эти протесты.

Фото: Reuters
Газета с изображением на обложке Махсы Амини, женщины, которая умерла после ареста «полицией нравов» в Иране. Фото: Reuters

Во время протестов 2022 года Пезешкиан в интервью иранскому телеканалу IRINN заявил, что произошедшее — «наша вина, [поскольку] мы хотим внедрить религиозную веру с помощью силы».

«Это невозможно с научной точки зрения», — сказал он тогда.

Пезешкиан также указывал, что в Исламской Республике «неприемлемо арестовывать девушку за хиджаб, а затем передавать ее мертвое тело семье». В то же время, когда несколько дней спустя по всей стране начались протесты, Пезешкиан предупредил, что те, кто «оскорбляют верховного лидера», «не создадут ничего, кроме долговременного гнева и ненависти в обществе».

Такая позиция, как пишет AP, показывает двойственность роли политика-реформатора в теократии Ирана: он демонстрирует стремление к переменам, но никогда не бросает радикальный вызов системе, контролируемой верховным лидером Али Хаменеи.

Президент в Иране — это второе лицо в государстве, тогда как стратегию государства определяет верховный лидер. Reuters пишет, что в условиях двойной системы правления Ирана — клерикальной и республиканской — президент не может добиться серьезных изменений в политике в отношении иранской ядерной программы или поддержки военизированных группировок на Ближнем Востоке, поскольку верховный лидер принимает все решения по высшим государственным вопросам.

Однако президент может влиять на тон иранской политики. В частности, он будет принимать непосредственное участие в выборе преемника Хаменеи, которому сейчас 85 лет.

После первого тура президентских выборов Пезешкиан заявил, что власть «будет уважать закон о хиджабе».

«Но никогда не должно быть никакого навязчивого или бесчеловечного поведения по отношению к женщинам», — добавил он.

Отвечая на вопрос о студентах, заключенных в тюрьму по обвинению в участии в беспорядках 2022−2023 годов, Пезешкиан сказал: «Политические заключенные не входят в мои полномочия, и если я хочу что-то сделать, у меня нет полномочий».

Кроме того, Пезешкиан заверил, что сделает все возможное, чтобы обратить внимание на тех, «чьи голоса не слышны».

«Мы сделаем так, чтобы бедность, дискриминация, война, ложь и коррупция исчезли из этой страны», — сказал он на одном из предвыборных митингов.

Отношения с Западом

Пезешкиан обещал прекратить «изоляцию» Ирана от остального мира, а также ослабить напряженность из-за зашедших в тупик переговоров с Западом по поводу возобновления ядерной сделки 2015 года, в рамках которой Иран согласился ограничить свою ядерную программу в обмен на ослабление западных санкций.

После подведения итогов выборов Пезешкиан заявил, что «мы протянем руку дружбы всем».

«Мы все люди этой страны, мы должны использовать каждого для прогресса страны», — приводит его слова AFP.

По мнению экспертов, опрошенных CNN, более умеренный политик в президентском кресле может способствовать налаживанию диалога между Тегераном и Западом.

Внутри Ирана Пезешкиан может провести некоторые социальные преобразования, которые он анонсировал во время своей предвыборной кампании. Однако новый иранский президент не давал гарантий, что сможет реализовать эти инициативы, отмечает директор программы по Ближнему Востоку и Северной Африке в лондонском аналитическом центре Chatham House Санам Вакил.

«Но [это может добавить] немного больше пространства для маневра в области социальных свобод», — считает эксперт.